Запись более лирическая, чуть менее смешная и достаточно правдивая, из другого дневника)

Мне часто пишут, что я – молодец, говорят, что я смело поступила или что так и надо – просто делать то, что хочешь, и если у тебя есть мечта – стремиться к ней.
Так и есть, отчасти. И я с увереностью говорю, что это не так уж сложно – сделать шаг в сторону от привычной проторенной дорожки. Но на самом деле, за каждой шуткой в тексте моих первых записей в дневниках прятался страх – тот самый обычный страх совершить ошибку, которую уже не исправить, и я как никто понимала, чем рискую. Шутя, я через него перешагивала.
Самым страшным было время от первого шага до последнего: от момента подачи заявления об увольнении до регистрации на рейс. Даже билеты на этот рейс я купила из страха – что передумаю, невозвратные брала не из-за цены, а из-за того, чтобы лишний раз отрезать путь назад. Иногда казалось, а вдруг правы те, кто считает, что я непригодна для такой жизни, тем более, что внешние факты были на их стороне. Я плохо спала эти две недели, я прибегала посреди ночи к Осу – моему бывшему бойфренду и самому замечательному человеку на свете, от которого я тоже ушла, чтобы не было лишних привязок в Москве, чтобы было нечего терять. А Леська – моя подруга, она звонила мне ночью, убеждая, что я права и ничего не теряю и всегда смогу вернуться. Что на моем e-mail валяются предложения о работе, что работа существующая все равно не радует как того хотелось бы, что я вообще личность неструктурная, неофисная, несистемная… Что я мечтаю о кайте уже несколько лет…
А мне все равно было страшно: потому что меня и впрямь никто не ждал, и в отличии от Москвы, где за 15 лет жизни я обзавелась друзьями и знакомыми, где есть родители и сестра, тут мне некуда завалиться посреди ночи с разговорами за жизнь и никто не погладит по голове и скажет «детка, все будет хорошо», не посадит на такси и не отправит домой в теплую кровать в квартире со всеми удобствами и холодильником, забитым едой с тех пор, как мои родители перешагнули порог перестроечной нищеты.
Я даже боялась не безденежья, ни климата, ни людей – я боялась тотального душевного одиночества, от которого спасалась в Москве бессмысленными, но вполне действующими тусовками, пьянками, карьерами, увлечениями и прочей ерундой. За последние пару лет жизни я пыталась заниматься: оккультной философией (охренеть, есть и такое), ремонтом виндсерфингов (паралельно-то с работой в органах), исторической реконструкцией (клеила щиты эпохи Руси 11-13 вв в каком-то клубе), спортивным фехтованием (занесло, мать), вейк-бордом (потому что типа на кайтсерфинг похоже), малой авиацией… и в перерывах даже чуть не собралась замуж пару раз. Насыщенная людьми и событиями жизнь получалась.
Да, конечно, тут в Муи Не у меня были люди, которых я знала – была знакома, кого-то больше, кого-то меньше, в кого-то была влюблена, с кем-то спала, с кем-то просто общалась – но это были чужие люди, не знающие меня и не имеющие такого желания или необходимости. Да, я привыкла жить одна и сама о себе заботиться с шести лет, но в моей жизни все равно присутствовали люди ради которых стоило выживать в самых сложных ситуаациях или с которыми можно было поговорить.
А знаете сколько вопросов вертиться в голове, когда ты сам-по-себе? Я до сих пор не знаю ответы на некоторые.
А еще я боялась за собственное здоровье, потому что с детства в моей медицинской карточке отмечали такую фигню, с которой в Азию ну никак нельзя. Все оказалось намного проще))

Так вот, страшно было и каждому будет, не боятся только дураки. И вот полтора месяца – ни один из моих страхов не оправдался, хотя мне иногда бывает грустно или не хватает близких, но я никогда не была так счастлива как последние полтора месяца.

banner ad
|

Leave a Reply

You must be logged in to post a comment.